.RU

Возвращение Шерлока Холмса - страница 4



- Где был констебль?

- На своем посту в спальне, где совершилось убийство. Следил, чтобы

никто ничего не тронул.

- Почему полиция не заметила отпечатка вчера?

- У нас не было особых причин осматривать прихожую так тщательно. Да

в таком месте сразу и не заметишь, сами видите.

- Да, да, разумеется. У вас, конечно, нет сомнений, что отпечаток был

здесь и вчера?

Лестрейд поглядел на Холмса, как на сумасшедшего. Признаться, веселый

вид моего друга и его нелепый вопрос озадачили и меня.

- Вы что же, считаете, что Макфарлейн вышел среди ночи из тюрьмы

специально для того, чтобы оставить еще одну улику против себя? - спросил

Лестрейд. - На всем земном шаре не найдется криминалиста, который стал бы

отрицать, что это отпечаток большого пальца правой руки Макфарлейна и

никого другого.

- В этом нет никаких сомнений.

- Так чего же вам еще? Я смотрю на вещи здраво, мистер Холмс, мне

важны факты. Есть у меня факты - я делаю выводы. Если я вам еще

понадоблюсь, найдете меня в гостиной, я иду писать отчет.

К Холмсу уже вернулась его обычная невозмутимость, хотя мне казалось,

что в глазах у него все еще вспыхивают веселые искорки.

- Неопровержимая улика, не правда ли, Уотсон? - обратился он ко мне.

- А между тем ей-то и будет обязан Макфарлейн своим спасением.

- Какое счастье! - радостно воскликнул я. - А я уж боялся, что все

кончено.

- Кончено? Такой вывод был бы несколько преждевременен, милый Уотсон.

Видите ли, у этой улики, которой наш друг Лестрейд придает такое большое

значение, имеется один действительно серьезный изъян.

- В самом деле. Холмс! Какой же?

- Вчера, когда я осматривал прихожую, _отпечатка здесь не было_. А

теперь, Уотсон, давайте погуляем немножко по солнышку.

В полном недоумении, но уже начиная надеяться, спустился я за своим

другом в сад. Холмс обошел вокруг дома, внимательно изучая его. Потом мы

вернулись и осмотрели все комнаты от подвала до чердака. Половина комнат

стояла без мебели, но он внимательно исследовал и их. В коридоре второго

этажа, куда выходили двери трех пустующих спален, на него опять напало

веселье.

- Случай поистине необыкновенный, Уотсон, - сказал он. - Пожалуй,

пора просветить нашего приятеля Лестрейда. Он немного позабавился на наш

счет. Теперь настала наша очередь, если я правильно решил загадку.

Кажется, я придумал, как нужно сделать... Да, именно так!

Когда мы вошли в гостиную, инспектор Скотленд-Ярда все еще сидел там

и писал.

- Вы пишете отчет? - спросил его Холмс.

- Совершенно верно.

- Боюсь, что это преждевременно. Расследование еще не кончено.

Лестрейд слишком хорошо знал моего друга, чтобы пропустить его слова

мимо ушей. Он положил ручку и с любопытством поднял глаза на Холмса.

- Что вы хотите сказать, мистер Холмс?

- А то, что есть важный свидетель, которого вы еще не видели.

- Вы можете представить его нам?

- Думаю, что могу.

- Давайте его сюда.

- Сейчас. Сколько у вас констеблей?

- В доме и во дворе трое.

- Превосходно. А скажите, они все парни высокие, сильные, и голос у

них громкий?

- Ну, разумеется, только при чем здесь их голос?

- Я помогу вам в этом разобраться и не только в этом, - пообещал

Холмс. - Будьте любезны, позовите ваших людей, мы сейчас начнем.

Через пять минут трое полицейских стояли в прихожей.

- В сарае есть солома, - обратился к ним Холмс. - Пожалуйста,

принесите две охапки. Это поможет нам раздобыть свидетеля, о котором я

говорил. Так, благодарю вас. Надеюсь, у вас есть спички, Уотсон. А теперь,

мистер Лестрейд, я попрошу всех следовать за мной.

Как я уже сказал, на втором этаже был широкий коридор, куда выходили

двери трех пустых спален. Мы прошли в конец коридора, и Холмс расставил

всех по местам. Полицейские ухмылялись, Лестрейд во все глаза глядел на

моего друга. Изумление на его лице сменилось ожиданием, ожидание -

возмущением. Холмс стоял перед нами с видом фокусника, который сейчас

начнет показывать чудеса.

- Будьте любезны, Лестрейд, пошлите одного из ваших людей, пусть

принесет два ведра воды. Разложите солому на полу, вот здесь, подальше от

стен. Ну вот, теперь все готово.

Лицо Лестрейда начало наливаться кровью.

- Вы что же, издеваетесь над нами, мистер Шерлок Холмс? - не выдержал

он. - Если вам что-то известно, скажите по-человечески, нечего устраивать

цирк!

- Уверяю вас, Лестрейд, для всего, что я делаю, имеются веские

основания. Вы, вероятно, помните, что немного посмеялись надо мной сегодня

утром, когда удача улыбалась вам, так что не сердитесь за это небольшое

театральное представление. Прошу вас, Уотсон, откройте это окно и

поднесите спичку к соломе. Вот сюда.

Я так и сделал. Ветер ворвался в окно, сухая солома вспыхнула и

затрещала, коридор наполнился серым дымом.

- Теперь, Лестрейд, будем ждать свидетеля. А вы, друзья, кричите

"Пожар!" Ну, раз, два, три...

- Пожар! - закричали мы что было сил.

- Благодарю вас. Еще раз, пожалуйста.

- Пожар!! Горим!

- Еще раз, джентльмены, все вместе.

- Пожар!!!

Крик наш был слышен, наверное, во всем Норвуде. И тут произошло то,

чего никто не ожидал. В дальнем конце коридора, где, как мы все думали,

была глухая стена, вдруг распахнулась дверь, и из нее выскочил, как заяц

из норы, маленький тщедушный человечек.

- Превосходно, - сказал Холмс хладнокровно. - Уотсон, ведро воды на

солому. Достаточно. Лестрейд, позвольте представить вам вашего главного

свидетеля, мистера Джонаса Олдейкра.

Лестрейд в немом изумлении глядел на тщедушного человечка, а тот

щурился от яркого света и дыма, глядя то на нас, то на тлеющую солому. У

него было очень неприятное лицо - хитрое, злое, хищное, с бегающими серыми

глазками и белесыми ресницами.

- Это что значит? - наконец рявкнул Лестрейд. - Вы что там все это

время делали, а?

Олдейкр смущенно хихикнул и съежился под грозным взглядом пылавшего

яростью детектива.

- Ничего плохого!

- Ничего плохого?! Вы сделали все, чтобы невинного человека вздернули

на виселицу! Если бы не этот джентльмен, вам бы это удалось!

Человечек захныкал:

- Что вы, сэр, что вы, я просто хотел пошутить!

- Ах, пошутить! Зато мы с вами шутить не будем. Отведите его в

гостиную и держите там до моего прихода. Мистер Холмс, - продолжал он,

когда полицейские ушли, - я не мог говорить при подчиненных, но сейчас

скажу, и пусть доктор Уотсон тоже слышит, - вы совершили чудо! Хотя я и не

понимаю, как вам это удалось. Вы спасли жизнь невинного человека и

предотвратили ужасный скандал, который погубил бы мою карьеру.

Холмс с улыбкой похлопал Лестрейда по плечу.

- Вместо погибшей карьеры - такой блестящий успех! Вас ждет не позор,

а слава. Подправьте слегка отчет, и все увидят, как трудно провести

инспектора Лестрейда.

- Вы не хотите, чтобы упоминалось ваше имя?

- Ни в коем случае. Наградой для меня - сама работа. Может быть, и

мне когда-нибудь воздадут должное, если я разрешу моему усердному биографу

взяться за перо. Как, Уотсон? Но давайте посмотрим нору, где пряталась

крыса.

Оштукатуренная фанерная перегородка с искусно скрытой в ней дверью

отгораживала от торцовой стены клетушку длиной в шесть футов, куда дневной

свет проникал сквозь щели между балками под крышей. Внутри стоял стол,

стул и кровать, был запас воды, еда, несколько книг, какие-то бумаги.

- Вот что значит всю жизнь строить дома, - заметил Холмс, выходя в

коридор. - Никто не знал об этом убежище, кроме, конечно, его экономки.

Кстати, Лестрейд, я бы посоветовал вам, не теряя времени, присоединить и

ее к своей добыче.

- Сейчас же сделаю это, мистер Холмс. Расскажите только, как вы

узнали о тайнике?

- Я предположил, что "убитый" прячется где-то в доме. Промерив шагами

коридор второго этажа, я увидел, что он на шесть футов короче нижнего.

Ясно, что тайник мог быть только там. Я был уверен, что он не выдержит,

услыхав крики: "Пожар! Горим!" Конечно, можно было просто войти туда и

арестовать его, но мне хотелось немного позабавиться. Пусть он сам выйдет

на свет божий. Кроме того, мне хотелось немного помистифицировать вас за

ваши утренние насмешки.

- Вам это блестяще удалось, мистер Холмс. Но как вы вообще

догадались, что он в доме?

- По отпечатку пальца, Лестрейд. Помните, вы сказали: "Все ясно!"?

Все было действительно ясно. Накануне отпечатка не было, это я знал. Как

вы могли заметить, детали имеют для меня большое значение. Я накануне

тщательно осмотрел всю переднюю и знал совершенно точно, что стена была

чистая. Значит, отпечаток появился ночью.

- Но как?

- Очень просто. Когда Олдейкр с Макфарлейном разбирали бумаги, Джонас

Олдейкр мог подсунуть юноше конверт, а тот, запечатывая его, нажал на

мягкий сургуч большим пальцем. Он мог сделать это непроизвольно и тут же

забыть об этом. А может быть, Олдейкр и не подсовывал, а все получилось

само собой и он сам не ожидал, что отпечаток сослужит ему такую службу. Но

потом, сидя у себя в норе и размышляя, он сообразил, что с помощью

отпечатка можно состряпать неопровержимую улику против Макфарлейна. А уж

снять восковой слепок с сургуча, уколоть палец иглой, выдавить на воск

несколько капель крови и приложить к стене в прихожей - собственной ли

рукой, или рукой экономки - особого труда не составило. Держу пари, среди

бумаг, которые захватил с собой в убежище наш затворник, вы найдете

конверт с отпечатком большого пальца на сургуче.

- Изумительно! - воскликнул Лестрейд. - Потрясающе! Вот теперь все

действительно ясно как день. Но для чего ему понадобилась вся эта

инсценировка, мистер Холмс?

Я забавлялся, глядя на детектива: сейчас перед нами был не заносчивый

победитель, а робкий почтительный ученик.

- Это не так сложно. У джентльмена, дожидающегося нас внизу, характер

злобный, жестокий и мстительный. Вы знаете, что он когда-то делал

предложение матери Макфарлейна и получил отказ? Не знаете, конечно! Я же

говорил, что сначала нужно было ехать в Блэкхит, а в Норвуд потом... Он не

простил оскорбления, - именно так он воспринял ее отказ, - и всю жизнь его

хитрый, коварный ум вынашивал план мщения.

Последние год-два дела его пошатнулись, вероятно, из-за тайных

спекуляций. И в один прекрасный день он понял, что не выкрутится. Тогда он

решил обмануть своих кредиторов и выписал несколько крупных чеков на имя

некоего мистера Корнелиуса, который, мне думается, и есть сам Олдейкр. Я

еще не успел установить судьбу чеков, но не сомневаюсь, что они переведены

на имя этого самого Корнелиуса в какой-нибудь провинциальный городок, куда

ведущий двойную жизнь Олдейкр время от времени наезжал. Замысел его в

общих чертах, по-моему, таков: исчезнуть, объявиться где-нибудь под другим

именем, получить деньги и начать новую жизнь.

Он решил одновременно улизнуть от кредиторов и отомстить. Отличная,

непревзойденная по жестокости месть! Его, несчастного старика, убивает из

корыстных мотивов единственный сын его бывшей возлюбленной. Придумано и

исполнено мастерски. Мотив убийства - завещание, тайный ночной визит, о

котором неизвестно даже родителям, "забытая" трость, пятна крови,

обгорелые останки какого-то животного, пуговицы в золе - все безупречно.

Этот паук сплел сеть, которая должна была погубить Макфарлейна. Я, во

всяком случае, еще два часа назад не знал, как его спасти. Но Олдейкру не

хватило чувства меры - качества, необходимого истинному художнику. Ему

захотелось улучшить уже совершенное произведение. Потуже затянуть веревку

на шее несчастной жертвы. Этим он все испортил. Пойдемте, Лестрейд, вниз.

Я хочу кое о чем спросить его.

Олдейкр сидел в своей гостиной, по обе стороны от его стула стояли

полицейские.

- Дорогой сэр, это была всего лишь шутка, - скулил он умоляюще, не

переставая. - Уверяю вас, сэр, я спрятался только затем, чтобы посмотреть,

как мои друзья будут реагировать на мое исчезновение. Вы же прекрасно

понимаете, я бы никогда не допустил, чтобы с бедным дорогим Макфарлейном

что-нибудь случилось.

- Это будет решать суд, - сказал Лестрейд. - А пока вы арестованы по

обвинению в заговоре и в попытке преднамеренного убийства.

- Что касается ваших кредиторов, они, вероятно, потребуют конфискации

банковского счета мистера Корнелиуса, - добавил Холмс.

Человечек вздрогнул и впился злобным взглядом в Холмса.

- Я вижу, что многим обязан вам, - прошипел он. - Когда-нибудь я с

вами еще рассчитаюсь.

Холмс улыбнулся.

- Боюсь, в ближайшие годы вы будете очень заняты. Кстати, что вы

такое положили в штабель вместе со старыми брюками? Дохлого пса, кроликов

или еще что-нибудь? Не хотите говорить? Как нелюбезно с вашей стороны.

Думаю, что пары кроликов хватило. Будете писать о Норвудском деле, Уотсон,

смело пишите о кроликах. Истина где-то недалеко.


Перевод Ю. Жуковой


__________________________________________________________________________


Отсканировано с книги: Артур Конан Дойль. Собрание сочинений

в 10 томах. Том 3. Москва, издательство

Слог, 1993.


Дата последней редакции: 24.06.1998

Артур Конан Дойл. Пляшущие человечки


В течение многих часов Шерлок Холмс сидел согнувшись над

стеклянной пробиркой, в которой варилось что-то на редкость

вонючее. Голова его была опущена на грудь, и он казался мне

похожим на странную тощую птицу с тусклыми серыми перьями и

черным хохолком.

-- Итак, Уотсон, -- сказал он внезапно, -- вы не

собираетесь вкладывать свои сбережения в южноафриканские ценные

бумаги?

Я вздрогнул от удивления. Как ни привык я к необычайным

способностям Холмса, это внезапное вторжение в самые тайные мои

мысли было совершенно необъяснимым.

-- Как, черт возьми, вы об этом узнали? -- спросил я.

Он повернулся на стуле, держа в руке дымящуюся пробирку, и

его глубоко сидящие глаза радостно заблистали.

-- Признайтесь, Уотсон, что вы совершенно сбиты с толку,

-- сказал он.

-- Признаюсь.

-- Мне следовало бы заставить вас написать об этом на

листочке бумаги и подписаться.

-- Почему?

-- Потому что через пять минут вы скажете, что все это

необычайно просто.

-- Уверен, что этого я никогда не скажу.

-- Видите ли, дорогой мой Уотсон... -- Он укрепил пробирку

на штативе и принялся читать мне лекцию с видом профессора,

обращающегося к аудитории. -- Не так уж трудно построить серию

выводов, в которой каждый последующий простейшим образом

вытекает из предыдущего. Если после этого удалить все средние

звенья и сообщить слушателю только первое звено и последнее,

они произведут ошеломляющее, хотя и ложное впечатление. После

того как я заметил впадинку между большим и указательным

пальцами вашей левой руки, мне было вовсе нетрудно заключите,

что вы не собираетесь вкладывать свой небольшой капитал в

золотые россыпи.

-- Но я не вижу никакой связи между этими двумя

обстоятельствами!

-- Охотно верю. Однако я вам в несколько минут докажу, что

такая связь существует. Вот опущенные звенья этой простейшей

цепи: во-первых, когда вчера вечером мы вернулись из клуба,

впадинка между указательным и большим пальцами на вашей левой

руке была выпачкана мелом; во-вторых, всякий раз, когда вы

играете на бильярде, вы натираете эту впадинку мелом, чтобы кий

лучше скользил у вас в руке; в-третьих, вы играете на бильярде

только с Сэрстоном; в-четвертых, месяц назад вы мне сказали,

что Сэрстон предложил вам приобрести совместно с ним

южноафриканские ценные бумаги, которые поступят в продажу через

месяц; в-пятых, ваша чековая книжка заперта в ящике моего

письменного стола, и вы не попросили у меня ключа; в-шестых, вы

не собираетесь вкладывать свои деньги в южноафриканские бумаги.

-- До чего просто! -- воскликнул я.

-- Конечно, -- сказал он, слегка уязвленный, -- всякая

задача оказывается очень простой после того, как вам ее

растолкуют. А вот вам задача, еще не решенная. Посмотрим, друг

Уотсон, как вам удастся с ней справиться.

Он взял со стола листок бумаги, подал его мне и вернулся к

своему химическому анализу.

Я с изумлением увидел, что на листке начерчены какие-то

бессмысленные иероглифы.

-- Позвольте, Холмс, да ведь это рисовал ребенок! --

воскликнул я.

-- Вот каково ваше мнение!

-- Что же это, в таком случае?

-- Мистер Хилтон Кьюбит из Ридлинг-Торп-мэнор в Норфолке

как раз и хотел бы знать, что это такое. Этот маленький ребус

он послал нам с первой почтой, а сам выехал сюда ближайшим

поездом. Слышите звонок, Уотсон? Это, вероятно, он.

На лестнице раздались тяжелые шаги, и через минуту к нам

вошел высокий, румяный, чисто выбритый джентльмен. По его ясным

глазам и цветущим щекам сразу было видно, что жизнь его

протекала вдали от туманов Бейкер-стрит. Казалось, он принес с

собой дуновение крепкого свежего ветра с восточного берега.

Пожав нам руки, он уже собирался усесться, как вдруг взор его

упал на листок с забавными значками, который я только что

рассматривал и оставил на столе.

-- Что вы об этом думаете, мистер Холмс? -- воскликнул он.

-- Мне рассказывали, что вы большой любитель всяких

таинственных случаев, и я решил, что уж страннее этого вам

ничего не найти. Я вам заранее выслал эту бумажку, чтобы у вас

было время изучить ее до моего приезда.

-- Это действительно в высшей степени любопытный рисунок,

-- сказал Холмс. -- С первого взгляда его можно принять за

детскую шалость. Кто, казалось бы, кроме детей, мог нарисовать

этих крошечных танцующих человечков? Почему вы придали столь

важное значение такому причудливому пустяку?

-- Да я не придал бы ему никакого значения, если бы не

жена. Она смертельно перепугалась. Она ничего не говорит мне,

но я вижу в глазах у нее ужас. Вот почему я принял это так

близко к сердцу.

Холмс приподнял бумажку, и лучи солнца озарили ее. Это был

листок, вырванный из записной книжки. На нем были начерчены

карандашом вот такие фигурки:


Внимательно рассмотрев листок, Холмс бережно сложил его и

спрятал в бумажник.

-- Это дело обещает много любопытного и необычайного, --

сказал он. -- Вы уже кое-что рассказали мне в своем письме,

мистер Хилтон Кьюбит, но я был бы очень вам признателен, если

бы вы любезно согласились повторить свой рассказ, чтобы дать

возможность послушать его моему другу, доктору Уотсону.

-- Я плохой рассказчик, -- сказал наш гость, нервно сжимая

и разжимая свои большие сильные руки. -- Если в моем рассказе

вам что-нибудь покажется неясным, задавайте мне, пожалуйста,

вопросы. Начну с того, что в прошлом году я женился... Но

предварительно я должен сказать, что, хотя я человек небогатый,

наш род живет в Ридлинг-Торп уже в течение пяти столетий и

считается самым знатным родом во всем Норфолкском графстве. В

прошлом году я приехал в Лондон на праздники и остановился в

меблированных комнатах на Рассел-сквер, потому что там

остановился Паркер, священник нашего прихода. В этих

меблированных комнатах жила молодая американская леди по

фамилии Патрик, Илси Патрик. Мы с ней скоро подружились. Не

прошло и месяца, как я полюбил ее самой пылкой любовью. Мы

тихонько повенчались и уехали ко мне в Норфолк.

Вам, вероятно, кажется странным, мистер Холмс, что человек

хорошего старинного рода вступает в брак с женщиной, ничего не

зная о ее прошлом и о ее семье. Но если бы вы увидели ее и

узнали, вам нетрудно было бы меня понять. Она была очень

прямодушна со мной, моя Илси, она предоставляла мне полную

возможность отказаться от свадьбы, если я захочу. "У меня в

моей прежней жизни были очень неприятные знакомства, --

говорила она, -- я хочу позабыть о них. Я не желаю возвращаться

к своему прошлому, потому что всякое воспоминание причиняет мне

боль. Если ты на мне женишься, Хилтон, ты женишься на женщине,

которая сама ничего постыдного не совершила, но ты должен

поверить мне на слово и позволить умолчать обо всем, что было

со мною до того, как я стала твоей. Если это условие кажется

тебе слишком тяжелым, возвращайся в Норфолк и предоставь мне

продолжать ту одинокую жизнь, которую я вела до встречи с

тобой".

Она сказала мне это за день до свадьбы. Я ответил ей, что

готов подчиниться ее желанию, и сдержал свое слово. Теперь мы

женаты уже год и прожили этот год очень счастливо. Но месяц

назад, в конце июня, я заметил первые признаки надвигающейся

беды. Моя жена получила письмо из Америки -- на конверте была

американская марка. Жена смертельно побледнела, прочла письмо и

швырнула в огонь. Она ни разу о нем не упомянула, и я ничего не

спросил, ибо обещание есть обещание. Но с этого часа она ни

одного мгновения не была спокойна. У нее теперь всегда

испуганное лицо, и по всему видно, что она ожидает чего-то.

Теперь перейду к самой странной части моей истории. Около

недели назад, кажется, во вторник, я увидел на одном из

подоконников пляшущих человечков, таких же самых, как на этой

бумажке. Они были нацарапаны мелом. Я думал, что их нарисовал

мальчишка, работавший в конюшне, но он поклялся, что ничего о

них не знает. Появились они ночью. Я смыл их и случайно

упомянул о них в разговоре с Илси. К моему удивлению, она

приняла мои слова близко к сердцу и попросила меня, если я

опять замечу таких человечков, дать ей взглянуть на них. В

течение недели они не появлялись, но вчера утром я нашел в саду

на солнечных часах этот листок. Я показал его Илси, и она

тотчас же потеряла сознание. С тех пор она живет как во сне, и

глаза ее постоянно полны ужаса. Вот почему я написал вам

письмо, мистер Холмс, и послал этот листок. Я не мог обратиться

к полиции, потому что там, несомненно, стали бы смеяться надо

мной, а вы скажете мне, что делать! Я человек небогатый, но

если моей жене угрожает опасность, я готов истратить последний

грош, чтобы защитить ее.

Славный он был, этот простодушный гигант с большими

голубыми глазами! Любовь и преданность к жене были написаны в

каждой черточке его лица. Холмс выслушал его историю с глубоким

вниманием, а потом задумался и долго молчал.

-- Не думаете ли вы, мистер Кьюбит, -- сказал он наконец,

-- что лучше всего было бы вам напрямик обратиться к жене и

попросить ее поделиться с вами своей тайной?

Хилтон Кьюбит покачал своей большой головой:

-- Обещание есть обещание, мистер Холмс. Если Илси

захочет, она сама мне расскажет все. Если же она не захочет, я

не стану насильно добиваться признания. Но у меня есть право

все узнавать самому, и я этим правом воспользуюсь.

-- В таком случае, я от всего сердца стану вам помогать.

Скажите, не появлялись ли по соседству с вами какие-нибудь

приезжие?

-- Нет.

-- Насколько я понимаю, вы живете в очень глухом

захолустье. Появление всякого нового лица, вероятно, не может

пройти незамеченным.

-- Если бы новое лицо появилось в самом ближайшем

соседстве, я, конечно, о нем услыхал бы. Но неподалеку от нас

есть несколько прибрежных деревушек с хорошими пляжами, и

фермеры сдают комнаты приезжающим дачникам.

-- В этих странных рисунках бесспорно заключен какой-то

смысл. Но та надпись, которую вы мне прислали, так коротка, что

я ничего не могу с ней поделать, и те факты, которые вы нам

поведали, так неопределенны, что трудно сделать из них

какой-либо вывод. По-моему, вам следует вернуться в Норфолк и

внимательно следить за всем, что происходит вокруг. Как только

вы обнаружите где-нибудь новых пляшущих человечков, вы должны

самым тщательным образом срисовать их. Какая жалость, что вы не

срисовали тех, которые были начерчены мелом на подоконнике!

Наводите справки обо всех незнакомых лицах, появляющихся по

соседству. Чуть вы заметите что-нибудь новое, сразу приезжайте

ко мне. Вот лучший совет, какой я могу вам дать, мистер Хилтон

Кьюбит. Если понадобится, я всегда готов выехать к вам и

навестить ваш норфолкский дом.

После этого свидания Шерлок Холмс часто глубоко

задумывался. Не раз видел я, как он вытаскивает из бумажника

листок и подолгу разглядывает нарисованные на нем забавные

фигурки. Однако только через две недели он снова заговорил со

мной об этой истории. Когда я собирался уходить, он вдруг

остановил меня:

-- Вам бы лучше остаться дома, Уотсон.

-- Почему?

-- Потому что сегодня утром я получил телеграмму от

Хилтона Кьюбита. Помните Хилтона Кьюбита и его пляшущих

человечков? Он собирается приехать в Лондон в час двадцать.

Каждую минуту он может быть здесь. Из его телеграммы я понял,

что у него есть какие-то чрезвычайно важные новости.

Ждать нам пришлось недолго, так как наш норфолкский сквайр

примчался с вокзала прямо к нам. Вид у него был озабоченный и

подавленный. Он взглянул на нас усталыми глазами, и лоб его

избороздили морщины.

-- Эта история действует мне на нервы, мистер Холмс, --

сказал он, бессильно опускаясь в кресло. -- Отвратительное

состояние -- чувствовать, что ты со всех сторон окружен

какими-то неизвестными, невидимыми людьми, которые пытаются

вовлечь тебя в какую-то беду, но еще нестерпимее видеть при

этом, как изо дня в день постепенно убивают твою жену! Она тает

у меня на глазах.

-- Сказала она вам хоть что-нибудь?

-- Нет, мистер Холмс, ничего не сказала. Бывают минуты,

когда ей, бедняжке, я вижу, очень хочется все мне рассказать,

но не хватает решимости. Я пытался помочь ей, но у меня это

получалось так неуклюже, что я только отпугивал ее. Она часто

заговаривает со мной о том, к какому старинному роду мы

принадлежим, как нас уважают во всем графстве, как мы гордимся

своей незапятнанной честью, и я всякий раз чувствую, что ей

хочется еще что-то прибавить, однако она не договаривает и

умолкает.

-- А вы сами что-нибудь обнаружили?

-- Я многое обнаружил, мистер Холмс. Я привез вам на

исследование целую кучу свеженьких пляшущих человечков. И самое

важное, я видел того...

-- Того, кто нарисовал их?

-- Да, я видел его за работой. Но позвольте мне все

рассказать вам по порядку... Вернувшись от вас, я на следующее

же утро нашел новых пляшущих человечков. Они были нарисованы

мелом на черной деревянной двери сарая, находящегося возле

лужайки; сарай отлично виден из окон нашего дома. Я их всех

срисовал. Вот они.

Он достал листок бумаги, развернул его и положил на стол.

Вот какие иероглифы были изображены на нем:


-- Превосходно! -- сказал Холмс. -- Превосходно!

Продолжайте, пожалуйста.

-- Срисовав человечков, я стер их с двери, но два дня

спустя на той же двери появилась новая надпись. Вот она:


Холмс потер руки и засмеялся от радости.

-- Наш материал быстро разрастается, -- сказал он.

-- Через три дня на солнечных часах я обнаружил послание,

написанное на бумажке. На бумажке лежал камень. Вот она. Как

видите, фигурки на ней те же, что и в предыдущем послании.

Тогда я решил подстеречь этого рисовальщика. Я взял револьвер и

засел у себя в кабинете, из окна которого видны и лужайка и

сад. Часа в два ночи, сидя у окна и глядя в залитый лунным

светом сад, я услышал у себя за спиной шаги и, обернувшись,

увидел свою жену в капоте. Она умоляла меня лечь в постель. Я

откровенно сказал ей, что хочу посмотреть, кто это занимается

такими глупыми проделками. Она ответила мне, что все это --

бессмысленная шутка, на которую не стоит обращать внимания.

"Если это так тебя раздражает. Хилтон, давай поедем

путешествовать -- ты да я, никто не будет нас беспокоить".

"Как! Позволить какому-то шутнику выжить нас из

собственного дома? -- сказал я. -- Да ведь все графство будет

смеяться над нами!"

"Иди спать, -- сказала она. -- Мы потолкуем об этом

утром".

Внезапно лицо ее так побледнело, что я заметил это даже

при лунном свете, а пальцы ее впились мне в плечо. Что-то

двигалось в тени сарая. Я увидел, как из-за угла выползла

vsego-publichnij-otchet-direktora-municipalnogo-obsheobrazovatelnogo-uchrezhdeniya-srednyaya-obsheobrazovatelnaya-shkola.html
vsego-tomov-4-chetire-novosibirsk-2007-ponyatiya-i-sokrasheniya-ispolzuemie-v-dokumentacii-ob-aukcione-stranica-6.html
vsego-umershih-komitet-po-voprosam-socialnoj-politiki.html
vsego-v-shkole-29-pedagogicheskih-rabotnikov-iz-nih-24-uchitelya-i-8-vospitatelej-zhenshin-26-8125-muzhchin-6-1875.html
vsego-vipusknikov-doklad-sostoit-iz-sleduyushih-razdelov.html
vsego.html
  • pisat.bystrickaya.ru/tretij-god-viktor-gyugo-devyanosto-tretij-god-stranica-17.html
  • occupation.bystrickaya.ru/obretaet.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/utverzhden-o-stranica-6.html
  • holiday.bystrickaya.ru/nalichie-nedovznosa-v-obyazatelnie-rezervi-i-ili-neuplachennih-shtrafov-za-narushenie-poryadka-obyazatelnogo-rezervirovaniya.html
  • esse.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-disciplini-rabochaya-programma-disciplini-tovarovedenie-pishevih-produktov-napravlenie-051000-professionalnoe-obuchenie-po-otraslyam.html
  • report.bystrickaya.ru/kniga-izdana-pri-podderzhke-blagotvoritelnogo-fonda-rossijskij-evrejskij-kongress.html
  • holiday.bystrickaya.ru/metodika-sostavleniya-i-provedeniya-prostejshih-samostoyatelnih-zanyatij-fizicheskimi-uprazhneniyami-chast-2.html
  • testyi.bystrickaya.ru/452-konkurenti-emitenta-127994-rossiya-g-moskva-ul-malaya-dmitrovka-d-2315-str-1-informaciya-soderzhashayasya.html
  • write.bystrickaya.ru/generalnij-plan-voronskogo-selskogo-poseleniya-sudislavskogo-municipalnogo-rajona-kostromskoj-oblasti-materiali-po-obosnovaniyu-proekta-stranica-7.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/razdel-5-investicionnie-nalogovie-preferencii-kodeks-respubliki-kazahstan.html
  • books.bystrickaya.ru/dannie-o-kolichestve-religioznih-obedinenij-v-razreze-gorodov-i-rajonov-oblasti-na-01012007-g.html
  • universitet.bystrickaya.ru/tema-2-risk-hozyajstvennoj-deyatelnosti-programma-pk-1-003-2009-povisheniya-kvalifikacii-auditorov-novoe-v-normativno-pravovom.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/sergej-alekseev-stranica-19.html
  • gramota.bystrickaya.ru/zadachi-na-2011-2012-uchebnij-god-publichnij-otchyot-direktora-shkoli-za-2010-2011-uchebnij-god-sankt-peterburg.html
  • books.bystrickaya.ru/efirnoe-vremya-mezhdu-kandidatami-v-deputati-raspredelyat-6-fevralya-radio-26-mayak-novosti-27-01-2006-lobanov-oleg-11-00-26.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/4-motivaciya-kak-funkciya-menedzhmenta-34.html
  • institute.bystrickaya.ru/glava-2-vliyanie-dostizhenij-v-sfere-kompyuternoj-obrabotki-informacii-na-razvitie-bankovskih-tehnologij.html
  • studies.bystrickaya.ru/42-strategiya-snizheniya-proizvodstvennih-izderzhek-diplomirovannij-specialist-5-let-obucheniya.html
  • college.bystrickaya.ru/26-oktyabrya-v-mguu-proshla-nauchno-prakticheskaya-konferenciya-na-temu-teoriya-i-praktika-upravleniya-gorodom-moskvoj.html
  • institut.bystrickaya.ru/strukturno-dinamicheskie-modeli-v-zadachah-spektralnoj-identifikacii-kislorodsoderzhashih-soedinenij-05-13-18-matematicheskoe-modelirovanie-chislennie-metodi-i-kompleksi-programm.html
  • tests.bystrickaya.ru/kultura-drevnego-rima-11.html
  • teacher.bystrickaya.ru/fond-gosudarstvennogo-imushestva-respubliki-kareliya-soobshaet-o-provedenii-aukciona-po-prodazhe-kompleksa-zdanij-i-sooruzhenij-s-zemelnim-uchastkom-raspolozhennogo.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/sovershenstvovanie-processa-formirovaniya-oborotnih-sredstv-v-promishlennosti-regiona-s-ispolzovaniem-kreditnogo-mehanizma-stranica-6.html
  • institut.bystrickaya.ru/tema-4-gosudarstvo-i-pravo-vizantii-istoriya-gosudarstva-i-prava-zarubezhnih-stran-pravovaya-yuridicheskaya-nauka.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/kino-kak-novij-eliment-kulturi-xx-veka-chast-2.html
  • nauka.bystrickaya.ru/universiteti-i-nauchnie-uchrezhdeniya-stranica-22.html
  • lesson.bystrickaya.ru/rezultativnost-deyatelnosti-metodicheskogo-otdela-mou-dod-cdt-leninskogo-r-na.html
  • literatura.bystrickaya.ru/scenarij-prazdnika-rozhdestva-dlya-detej-mladshego-i-srednego-shkolnogo-vozrasta-i-ih-roditelej.html
  • doklad.bystrickaya.ru/vecher-1400-1800-programma-moskva-15-17-iyunya-2010-g-nauchnij-sovet-po-akustike-ran-obshestvennaya-organizaciya.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/pamyatka-dlya-nalogoplatelshikov-kirishskogo-rajona.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/sistema-podgotovki-prezentacij-ms-powerpoint-prikladnoe-programmnoe-obespechenie-i-ego-effektivnoe-ispolzovanie.html
  • report.bystrickaya.ru/instrukciya-po-zapolneniyu-zayavki-na-uchastie-v-konkurse-6-podacha-zayavki-na-uchastie-v-konkurse-9.html
  • learn.bystrickaya.ru/glava-21-medvezhata-znakomyatsya-s-ejluriej-istorii-iz-zhizni-medvezhat-puteshestvennikov.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/programma-mezhrajonnogo-molodezhnogo-obrazovatelnogo-foruma-molodezh-v-dejstvii-2012.html
  • write.bystrickaya.ru/glava-22-napravlennost-i-motivi-deyatelnosti-lichnosti-513-obshaya-psihologiya.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.